Об этом пишет The Economist.
Хроники высокогорного самопожирания
Экономика соседней державы, если верить респектабельному еженедельнику The Economist, начала есть саму себя. Издание с присущей ему сдержанной английской невозмутимостью сообщает: бюджетная «дыра» РФ в 2025 году превысила 8 триллионов рублей. Впрочем, пугает не столько глубина этой пропасти, сколько рвение, с которым сосед в нее летит, передает inbusiness.kz.
По данным минфина РФ, опубликованным в системе «Электронный бюджет» и процитированным The Moscow Times, совокупный дефицит бюджетов всех уровней по итогам 2025 года достиг 8,291 трлн рублей – абсолютный рекорд новейшей истории. Такого в России еще не видели – даже в легендарные «лихие девяностые».
По сравнению с прошлым годом «пробоина» консолидированного бюджета, который включает федеральную казну, бюджеты всех регионов, а также внебюджетные фонды (пенсионный фонд и фонд ОМС), увеличилась в 2,6 раза, или на 5,696 трлн рублей. Доходы бюджетов всех уровней выросли за год на 6,5% – вдвое медленнее, чем расходы, подскочившие на 13%. Иными словами, государство зарабатывает мало, а тратит с размахом, словно уверено, что счет оплатит кто-то другой – желательно будущие поколения.
Федеральная казна внесла в этот исторический «успешный успех» две трети: 5,625 трлн рублей (73 млрд долларов) дефицита, превысив собственный план в 5 раз. Региональные бюджеты тоже не остались в стороне, установив антирекорд за все время существования госстатистики – 1,5 трлн рублей минуса.
Фонд социального и пенсионного страхования почти втрое превысил плановый дефицит, добравшись до 1,078 трлн рублей. Наконец, дефицит фонда медстрахования, за счет которого оплачиваются программы государственной медпомощи, составил 80,7 млрд рублей — теперь здоровье россиян стало роскошью, на которой бюджету приходится экономить с особым цинизмом.
Налоговое «шапито»
Любопытно, что все это происходит на фоне последовательного повышения налоговой нагрузки и яростного затягивания гаек. Как отмечает Наталия Орлова, главный экономист Альфа-Банка, в прошлом году был повышен налог на прибыль, введена дифференцированная шкала НДФЛ. Таким образом минфин РФ планировал вытрясти из экономики дополнительные 3 трлн руб.
Но аппетит бюджета, как известно, приходит во время расходов. В 2026 году налоги пришлось повышать снова: до 22% увеличен НДС, стартовала реформа налогообложения малого бизнеса, на очереди – технологический сбор, налог на импорт с маркетплейсов, экспортные пошлины на алмазы, рост НДПИ для металлургов и прочее. Налоги растут, дефицит и расходы – вместе с ними. Тот случай, когда «лебедь, рак и щука» вдруг решили, что им по пути, и реально потащили телегу в одну сторону – прямиком в бездну.
По версии The Economist, Россия уже вступила в «зону смерти» – так альпинисты называют высоты свыше 8000 метров, где кислорода так мало, что организм начинает расщеплять собственные мышцы, чтобы просто не остановилось сердце.
«Российская экономика вошла в зону смерти. Война России против Украины продолжается уже пятый год, и экономика, которая ее поддерживает, претерпела такие изменения, которые будет трудно или вообще невозможно обратить вспять. Западные страны все ждут краха российской экономики. Этого не произойдет. Но и восстановиться она не сможет. Она вошла в то, что альпинисты называют зоной смерти: высоту более 8 тысяч метров, на которой человеческий организм истощается быстрее, чем восстанавливается», – пишет Александра Прокопенко, научный сотрудник Carnegie Russia Eurasia Centre в Берлине.
Ученая считает, что с российской экономикой происходят похожие метаморфозы: она держится на плаву за счет переброски финансовых и человеческих ресурсов в военный сектор. Это поддерживает текущую активность, но методично подтачивает долгосрочный потенциал, указывает Прокопенко.
«Экономика РФ застряла в состоянии «отрицательного равновесия» – то есть она еще держится, но за это платит сверхвысокую цену – разрушает собственное будущее, весь свой возможный потенциал для будущего. Экспортные доходы Москвы падают, а бюджетные пробелы невозможно восполнить дополнительными налоговыми поступлениями. В 2025 году экономика выросла лишь на 1%. Прогноз на этот год еще хуже», – указывает экономистка.
Дело в том, продолжает эксперт, что экономика РФ последние четыре года функционирует в режиме двойной метаболической системы:
- Военная и смежные отрасли – на данный момент «жизненно важные органы», которые получают приоритетный поток ресурсов. Эти сектора растут, нанимают работников и осуществляют инвестиции. Они первыми получают доступ к рабочей силе, капиталу и импорту.
- Все остальные отрасли – сюда входят частные компании, малый и средний бизнес, потребительские отрасли. Их оставили в положении дальних родственников, которым обещают внимание «после победы».
«Общий объем производства в России за последние три года вырос на значительные 18,3%. Но весь этот рост – и даже больше – обеспечил именно военный сектор», – поясняет сотрудник Берлинского центра Карнеги.
Гражданская экономика превратилась в статиста в этой исторической драме. Это принципиально важно: рост не диверсифицирован, он не создает долгосрочной добавленной стоимости, не генерирует экспортный мультипликатор.
Научный сотрудник подчеркивает, что главным уязвимым местом экономики является «топливная рента», на которой она работает. Функционально это напоминает нефтяные доходы 2000-х годов, но есть критическое отличие. Раньше огромный поток нефтедолларов поступал извне: иностранцы платили за ресурс, деньги входили в экономику и создавали реальный мультипликативный эффект.
Сегодня же работает «военная рента» – внутреннее перераспределение активов, бюджетных трансфертов. Это не внешний приток капитала – это внутренняя конверсия с высокой степенью разрушения капитала. Государство берет ресурсы у одной части экономики и направляет их в оборонный сектор. Это создает занятость и зарплаты, то есть краткосрочную экономическую активность, но не дает мультипликативного эффекта.
Этот товар не возвращается в гражданский оборот. Он не создает инфраструктуры роста. Он не повышает производительность труда. Это принципиальное отличие от нефтяной модели. Военная продукция, как известно, не предназначена для мирного потребления – разве что в музеях.
Важно понимать: отсутствие краха не означает устойчивость. Мобилизационная экономика может функционировать достаточно долго при контроле над финансовой системой, капитальными потоками и информационной средой. Но это функционирование идет за счет накопленного капитала – физического, человеческого, институционального.
«Организм «потребляет» собственную мышечную ткань для энергии. Это не циклический спад, который можно исправить денежно-кредитной или фискальной политикой. Рецессия похожа на усталость: отдохни – и ты восстановишься. Состояние России подобно высотной болезни: чем дольше находишься на высоте, тем хуже становится, независимо от отдыха», – говорит экономист.
Стагфляция и нефтяные слезы
Значительные проблемы в экономике отмечают не только сторонние эксперты. Уже даже в официальных кругах не скрывают сложную ситуацию. Недавно, в частности, глава минэкономразвития России Максим Решетников предупредил об ухудшении экономического состояния РФ, пишет The Moscow Times. Все настолько плохо, что любые меры, принятые сейчас, по его словам, дадут эффект не ранее чем через 6-9 месяцев. А восстановление темпов роста возможно – в лучшем случае – к концу 2026 года, а вероятнее, в 2027-м, заявил главный экономист РФ.
Данные Росстата подтверждают слова российского министра. Статистика зафиксировала спад в 21 из 27 базовых отраслей российской экономики за прошлый год.
Ужасная ситуация прошлого года, которую даже прокремлевские экономисты начали называть стагфляцией, скорее всего, повторится и в этом: минфин РФ не сможет собрать запланированный объем налогов, считает бывший первый зампред ЦБ, профессор факультета экономических наук ВШЭ Олег Вьюгин.
Стагфляция (образовано от сочетания слов «стагнация» и «инфляция») – это состояние экономики, при котором одновременно наблюдаются застой (стагнация) производства, рост безработицы и высокая инфляция. Это опасная комбинация, когда цены растут, несмотря на падение спроса и замедление экономического роста.
Россия продолжает путь в 2026 году с повышенными налогами, все еще высокой процентной ставкой и дорогими кредитами. В результате чего, по мнению Вьюгина, может «случиться рецессия». К этому добавляется проблема недобора нефтегазовых доходов из-за курса рубля и ограничений на экспорт нефти, а также сохраняющегося дисконта к Brent в размере $29 за баррель, отмечает эксперт.
Впервые в современной истории РФ в 2026 году расходы на обслуживание госдолга превысили суммарные расходы на образование и здравоохранение. Это уже не метафора, а бухгалтерский факт.
Цены на нефть усиливают давление. Так, в январе нефтяные доходы бюджета РФ рухнули до самого низкого уровня за последние пять лет. Совокупные доходы от нефти и газа сократились на 50% по сравнению с январем 2025 года – до 393,3 млрд рублей.
Доходы российского бюджета от экспорта нефти сокращаются из-за падения мировых цен на черное золото, а также из-за увеличения скидок на российскую нефть на фоне западных санкций и укрепления рубля по отношению к иностранным валютам. Стратегия, рассчитанная на усталость Запада, сталкивается с более скоординированной политикой ограничения нефтяных доходов РФ. В таких условиях продолжение войны неизбежно приведет к падению уровня жизни российских граждан.
Британская The Telegraph ранее писала, что военная экономика Москвы находится на грани коллапса. Сокращение расходов на такие важные сферы, как здравоохранение или производство авиационных запчастей, уже дает свои негативные эффекты.
The Telegraph подчеркивает, что темпы роста ВВП России упали почти в пять раз, с 4,9% в 2024 году до 1% в 2025 году, и прогнозы указывают на то, что такая тенденция сохранится и в 2026 году. Что еще больше усугубляет положение потребителей, так это уровень инфляции, который остается стабильно высоким – 6,4%, а процентные ставки зафиксированы на уровне 15%. «Идеальный шторм» разразился в момент, когда военных побед не наблюдается, а расходы растут.
При этом уже есть признаки того, что обычные россияне больше не защищены от экономических последствий войны. Чтобы финансировать войну, Кремль сократил расходы не только на здравоохранение и образование, но даже на производство авиационных запчастей и обслуживание энергетических объектов.
Более того, пособия солдатам урезали, чтобы финансировать новые волны призыва и увеличить расходы на пропаганду. Повсеместные сокращения имеют разрушительные экономические последствия, а старение населения, травматизация в ходе войны и сокращение бюджета здравоохранения еще больше усугубят ситуацию, пишет газета.
С февраля 2022 года страну покинули от 500 тысяч до миллиона специалистов разных сфер – самая крупная волна эмиграции со времен 1917 года. Человеческий капитал голосует ногами.
Эксперты полагают, что при продолжающемся давлении на нефтяные доходы и усилении санкций уровень жизни россиян неизбежно будет снижаться. По мнению британских экспертов, хотя Россия сохраняет незначительное преимущество в наступлении на поле боя, это с лихвой «компенсируется» слабой экономикой. Дополнительные санкции и военная поддержка Украины могут заставить Кремль пойти на сделку раньше, чем ожидалось. По прогнозу харьковского военного эксперта Алексея Копитько, активная фаза боевых действий может продолжаться, по меньшей мере, до апреля 2026 года.
Так выглядит высота более восьми тысяч метров. Видимость еще есть. Дыхание – уже с трудом. И главный вопрос не в том, случится ли мгновенный обвал, а в том, сколько еще организм сможет расходовать самого себя, прежде чем мозг решит, что надо все-таки вернуться назад.
Источник: Inbusiness.kz
