Почему Путин пошел навстречу европейцам, поддержав инициативу увеличить предложение газа на мировом рынке, и с чего начался энергетический кризис ЕС, объясняет эксперт.
Больше месяца длился ажиотаж на фьючерсном рынке газа в Европе. Еще в начале августа цена тысячи кубометров топлива находилась на уровне 515 долларов по индексу европейского хаба TTF, а через месяц достигла 614 долларов.
Далее фьючерсы лишь дорожали, обновляя исторические рекорды: 6 октября газ поднялся до исторического рекорда в 1937 долларов за тысячу кубометров. А после этого на рынке газа началось такое же стремительное падение: 7 октября котировки опустились ниже 1000 долларов.
Чем вызваны перепады цен, и какова роль России в снижении котировок, в интервью каналу «Sputnik на русском» объясняет ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.
Многое зависит от новостей
Фьючерсный рынок реагирует на различные события, которые могут быть даже не связанными с ним напрямую, говорит Игорь Юшков и объясняет зависимость фьючерсов от новостей на примере торгов 6 октября, вошедших в историю энергетического рынка.
«Мы буквально за день увидели скачок цены до 1 900 долларов, а потом она снизилась на 600 долларов. Хотя с точки зрения баланса спроса и предложения на рынке реального газа ничего не изменилось. Европа сколько потребляла газа – столько и потребляет. Поставки как были, так и остались, — говорит эксперт. – Но реакция была на новость о том, что «Северный поток – 2″ все никак не запускают, и тогда же была новость о том, что стоимость угля достигла исторического рекорда (6 октября в Европе обновила исторический рекорд и цена тонны энергетического угля, превысив 300 долларов – Sputnik)».
Впрочем, рост цены на уголь был предсказуем, добавляет Юшков. Дело в том, что при дорогом газе компании стремятся переключиться на другой источник энергии, и потому Европа стала потреблять больше угля.
«Ну, а ажиотажный спрос породил рост цены», — говорит эксперт.
Другим примером влияния новостей на фьючерсы может стать совещание Владимира Путина по вопросам развития энергетики, также состоявшееся 6 октября, считает Игорь Юшков.
«Это были позитивные новости. Он дал распоряжение: если у «Газпрома» есть возможности для дополнительного экспорта, не надо никого ставить в трудное положение, — напоминает Юшков. – И это было воспринято как сигнал о возможном увеличении поставок газа в Европу. Вот этот сигнал и мог стать спусковым крючком к удешевлению топлива».
Какая выгода для России?
Увеличение поставок действительно может снизить цену на газ в Европе, ведь в условиях конкуренции компании снижают цены. Но для России важно стабилизировать рынок еще и потому, что сверхвысокие цены начинают убивать спрос, полагает Игорь Юшков.
«Компании-потребители не могут позволить себе такой дорогой газ, — говорит он. – Например, производители азотных удобрений делают их из газа. Ряд компаний уже остановили заводы, потому что невозможно потом продать удобрения по цене, которая выходит (с учетом затрат на газ – Sputnik). Или производители сельхозпродукции отапливали теплицы газом – они тоже остановили деятельность».
Одно дело, когда газ стоит 200-300 долларов за тысячу кубометров, поясняет Игорь Юшков. Тогда газ становится выгоднее возобновляемой энергетики.
«И другое, когда газ стоит под тысячу долларов – тут возобновляемая энергетика более конкурентоспособна, — говорит эксперт. – Нам выгодны высокие, но не сверхвысокие цены».
Между тем, скачок цен на газовом рынке можно объяснить позицией трейдеров, уточняет Юшков. «Наверное, они стали массово покупать фьючерсные контракты на газ, исходя из идеи: если сейчас все так плохо и уже наблюдается кризис в энергетике Европы, то что будет потом, когда начнется отопительный сезон? Вот контракты и резко выросли в цене», — предполагает он.
«Европе нужны не расследования, а в зеркало посмотреть»
После событий 6 октября министры экономики и финансов пяти стран Евросоюза (Франции, Испании, Чехии, Румынии и Греции) подписали совместное заявление, в котором предложили провести расследование причин энергетического кризиса.
«Но вместо того, чтобы искать виноватых, Европе надо в зеркало посмотреть, — говорит Игорь Юшков. – Почему сложился кризис? Так обратите внимание на свою политику и компании! Европа вышла из предыдущего отопительного сезона с опустошенными газовыми хранилищами».
Количество газа в хранилищах сократилось из-за погодных условий прошлого года, объясняет эксперт. «Зима была довольно морозная, затем наступило знойное лето, и много энергии требовалось, чтобы кондиционировать воздух», — говорит он.
Однако газовые компании не стремились восполнять потраченное, видя, что цены на рынке начали расти, подчеркивает Юшков.
«Каждая компания думала: нет, это какой-то всплеск, не буду покупать сейчас задорого, за 400 долларов. Потому что зимой будет дешевле и получится, я зафиксирую убыток. Потом увидели, что цена – 500 долларов: «Ну, вот теперь точно пик цены. Дальше будет дешевле!» А потом 600 долларов, 700, 800, — и октябрь наступил», — говорит эксперт.
Другой причиной кризиса, по мнению Игоря Юшкова, стали и проблемы местных поставщиков газа. «Норвегия снижает объем добычи газа четвертый год подряд, а в Алжире растет внутреннее потребление, поэтому он экспортирует меньше газа. Вот объяснение», — говорит он.
Источник: sputnik.kz
